Средний возраст населения ДФО меньше, чем в целом по стране

Дальнему Востоку остро необходим приток трудовых ресурсов. О том, какова сегодня демографическая картина региона и о мерах, которые могут помочь в решении его проблем, “РГ” рассказал ведущий научный сотрудник Института демографии НИУ “Высшая школа экономики” Никита Мкртчян.

Никита Владимирович, за постсоветский период из регионов Дальнего Востока уехало более двух миллионов человек. Какие это категории, в каких возрастах?

Никита Мкртчян: Убыль населения в регионе происходила, прежде всего, в результате внутрироссийской миграции, оттока населения в западном направлении. Уезжали и продолжают уезжать разные категории населения, но в 1990-е годы отъезд подхлестнуло сокращение армии, значительную долю выезжающих составляли военные и их семьи.

По данным за 2016 год регион теряет население всех возрастов, но наиболее активно – молодежь в “студенческих возрастах” – эта категория вообще в России чаще всего участвует в межрегиональном перераспределении населения. В возрастах 20-24 года имеется небольшой прирост населения, видимо, возвращается часть уехавших учиться в другие регионы страны. Второй пик оттока населения – в возрасте 50-65 лет, то есть в предпенсионном и пенсионном возрастах. Поскольку значительная часть территории округа относится к Крайнему Северу и приравненным к нему местностям, выйти на пенсию можно раньше, и оставаться здесь, особенно на Крайнем Севере, желают не все. Уезжают также в западные регионы страны – в Центральный, Северо-Западный и Южный федеральные округа.

*****

Какова же сегодня демографическая структура региона?

Никита Мкртчян: Население Дальнего Востока немного моложе, чем в целом по стране, но разница не такая, как, например, на рубеже 1980-1990-х годов, когда еще ощущались последствия активного миграционного притока населения, прежде всего молодежи, из других регионов. Как показали две постсоветские переписи населения, скорость старения населения на Дальнем Востоке была выше, чем во многих других регионах. В отдельных регионах – например, в Якутии, на Чукотке – на общую картину влияют более высокие показатели рождаемости. Но нет и худа без добра: таких половых диспропорций, как были в 40-50-60-е годы, теперь нет. Да и стимулов для одиноких мужчин ехать “за длинным рублем” убавилось. Если и едут, то вахтовым методом, и не в таких масштабах, как в позднесоветские время.

На протяжении всей истории России государство предпринимало специальные меры, чтобы закрепить здесь некоренное население. Какие из этих мер оказывались наиболее эффективными?

*****

Никита Мкртчян: В дореволюционной России это и выделение земельных наделов, и помощь в переезде, различного рода ссуды и льготы, в том числе и освобождение от налогов и армейского призыва. Огромную роль сыграло строительство Транссиба, масштабы миграции возросли кратно. В советский период упор делался на “северные” надбавки к зарплате и иные льготы, значимые в эпоху всеобщего дефицита и планового распределения ресурсов.

В советский период были и идеологические рычаги – комсомольские призывы, произведения искусства, воспевавшие тех, кто ехал “поднимать Дальний Восток”. Можно ли что-то из этого опыта использовать сегодня?

Никита Мктрчян: Было не так много исследований, которые бы позволили определить эффективность всех применяемых в те годы мер. Пожалуй, единственный пример – исследование “Миграциология”, изданное в 1989 году, в котором рассматривалось соотношение отдельных “организационных мер распределения рабочей силы в РСФСР” (цитирую по первоисточнику). Среди них абсолютно превалировали “прием на работу предприятиями”, “перевод с предприятия на предприятие” и “распределение выпускников” а такие меры, как оргнабор, сельхозпереселения и общественный призыв в сумме давали всего 1,5 процента. Но эти данные – по стране в целом, без региональной составляющей. Конечно, и в тот период привлекала возможность заработать, быстро продвинуться по служебной лестнице. Я думаю, что “романтизм”, тот самый “запах тайги” тоже играл роль, но второстепенную.

Сегодня государство осуществляет комплекс мер по оживлению экономики ДВ: строятся новые предприятия, дороги, порты, введен ряд льгот. Способны ли они привлечь в регион трудовые ресурсы из других регионов?

Никита Мкртчян: Сейчас, как известно, создаются ТОРы, в них предусмотрено создание новых рабочих мест. Насколько я помню, предполагается создать около 15-16 тысяч новых рабочих мест, часть из которых – и это совершенно справедливо – займут жители дальневосточных регионов. Не думаю, что привлечение на часть создаваемых рабочих мест специалистов из других регионов страны, даже с учетом их семей, решит проблемы миграционной убыли населения региона. О создании рабочих мест, развитии инвестиционного климата, ускоренном развитии инфраструктуры на Дальнем Востоке идут разговоры не один десяток лет, но больших результатов пока нет.

Какие категории людей можно сегодня “заманить” на Дальний Восток: русскоязычное население бывших советских республик, молодежь, иностранцев? И чем именно – жильем, возможностью сделать карьеру на новых предприятиях, тем самым “гектаром”, высокой зарплатой?

Никита Мкртчян: Миграция из других стран сейчас позволяет компенсировать отток населения из регионов Дальнего Востока примерно на треть. В 2016 году более половины миграционной подпитки обеспечено за счет миграции с Украины, остальная – из стран СНГ: Киргизии, Таджикистана, Армении, Казахстана. Свою роль в последние годы играет Программа по содействию добровольному переселению в РФ зарубежных соотечественников – она дает возможность участникам получить гражданство России в упрощенном порядке. Какую-то роль играют и подъемные, которые в регионах Дальнего Востока выше, чем во многих других. Но останутся ли “соотечественники” на Дальнем Востоке или через несколько лет также встроятся в “западный дрейф” – это вопрос открытый. На молодежь я бы не рассчитывал – ее влекут прежде всего Москва и Санкт-Петербург, такие крупнейшие города, как Екатеринбург, Новосибирск. На Дальнем Востоке нет ни одного города с миллионным населением, соответственно, нет и сопутствующих этому “бонусов” – широкого выбора рабочих мест, в т.ч. в транснациональных компаниях, больших возможностей для развития частного бизнеса. Наконец, тех самых “огней большого города”, которые так заманчивы для молодых. Что касается “дальневосточного гектара” – на мой взгляд, это мера запоздалая. Зачем ехать сюда, если в 300 км от Москвы и Санкт-Петербурга заброшенных деревень не счесть, а земля зарастает лесом?

******

Существует ли в мире опыт решения подобной проблемы? Если да, то можно ли его позаимствовать?

Никита Мкртчян: Иностранный опыт в этой области я подробно не изучал. Дотации регионам там тоже используют: в Австралии, например, “северные территории” (там они расположены вблизи экватора) примерно на 70 процентов живут за счет дотаций, но там это связано с поддержкой коренного населения. И в Канаде, и в США коренное население имеет многие льготы. Что же касается привлечения туда населения – не готов ответить.

Стоит ли нам готовиться к тому, что со временем из-за оттока населения Дальний Восток будет потерян для России?

Никита Мкртчян: Сокращение населения Дальнего Востока и контроль над территорией – проблемы связанные, но не напрямую. Если проводить сопоставление с другими странами, то наш Дальний Восток населен по-прежнему не меньше, чем север Канады или Аляска. Есть проблема в том, что с юга его окружают многонаселенные страны – Китай, обе Кореи, Япония. Но даже китайцы сейчас ехать на Дальний Восток не стремятся, поскольку после девальвации рубля зарплата в России стала ниже, чем в Китае. Так что нам надо заботиться об экономическом процветании всей своей страны, в том числе и этого региона.

Источник: РГ

Поделиться в соц. сетях:
Share

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *