Надя-таджичка из Муминабада

russkaya_zhenshchinaНа выставке народных промыслов мы познакомились с одной из ее участниц – Надеждой Саидовой, которая в 70-х годах прошлого века вышла замуж за таджика и приехала из Свердловской области в Муминабад.
Наш гид по выставке в Муминабаде рассказывал о народных умелицах, занимающихся вышивками. Остановившись около женщины с голубыми глазами, сказал: «Это Надя-апа, она совсем молодой вышла замуж за нашего земляка, приехала в Муминабад из Свердловской области и навсегда осталась здесь».
– У Нади-апа самые красивые вышивки на подушках, занавесках, самые яркие и красивые узоры на платьях-чакан и тюбетейках, которые она выставляет на продажу. Еще она печет очень вкусные лепешки, чаппоти и кульча. Отлично говорит по-таджикски и по праву считает себя таджичкой, – говорит наш собеседник.
Этот рассказ нас очень заинтересовал, и мы спустя несколько дней решили посетить дом Надежды Михайловны Саидовой.
Мы попросили Надежду Михайловну немного рассказать о себе. На местном диалекте таджикского языка она рассказала о себе.
– Моя девичья фамилия Музарева. Я родилась в 1955 году в Свердловской области, в поселке Туринская Слобода, где был колхоз имени Кирова, в семье колхозника. Мама была дояркой, а отец – пастухом на колхозной ферме. В семье нас было 8 детей: один сын и 7 дочек.

Надя среди детей в семье была четвертой. После восьмилетки училась в текстильном училище в Москве. Затем два года работала на фабрике в Москве.
По ее словам, судьба распорядилась так, что из столицы ей пришлось вернуться к родителям в родное село.
– По специальности не смогла устроиться на работу и продолжила работу на ферме с родителями, но постоянно мечтала работать на текстильном производстве.
Валя Устинова, тётя Надежды Михайловны, которая работала вместе с мужем на текстильном предприятии в узбекском Джизаке, пригласила к себе.
– Мы вместе с одной из сестер поехали в Джизак, устроились на работу. На фабрике работали представители многих национальностей бывшего Советского Союза. Среди них был и Саидолим Саидов, таджик, который после службы в армии остался работать в Джизаке. Там и познакомились. Спустя некоторое время мы начали встречаться, он предложил мне выйти за него замуж, а сам поехал в Муминабад за благословлением родителей. Они согласились. Саидолим жил с мачехой и родным отцом, дядей Хасаном, который настаивал, чтобы мы переехали жить в Муминабад.
Надежда Михайловна говорит, что Саидолим до переезда в Муминабад объяснял, что по приезде на его родину ей придется носить принятую там одежду, придерживаться норм и правил, бытующих в сельской местности.
– Я согласилась. Честно говоря, если человек действительно любит кого-то, ради любимого пойдет на все.

В начале декабря 1975 года Саидолим и Надя переехали из Джизака в Муминабад. Молодых жениха и невесту родственники Саидолима встретили тепло, радостно. Уже здесь провели мусульманский обряд никох, затем расписались в ЗАГСе, сыграли свадьбу.
– После свадьбы дядя Хасан сказал: «Дети мои, если нравится вам здесь – живите с нами, если не нравятся условия – поезжайте в город и там налаживайте свою жизнь». После свадьбы я должна была надевать национальную одежду, но ее у меня не было. Сестра Саидолима была мастерицей и шила и вышивала национальную одежду. Саидолим попросил сестрёнку сшить мне платье. Саидолим работал трактористом в СПМК района. Однажды вечером Саидолим вернулся с работы – а я в национальном платье, он даже сначала меня не узнал. С тех пор прошло более сорока лет. Я осталась жить в Таджикистане, – говорит Надежда Михайловна.
Надя-апа первые два года была домохозяйкой, затем устроилась уборщицей в среднюю школу №30 поселка Ленинград Муминабадского района, где работает и по сегодняшний день.
– Поначалу я не знала таджикского языка, общалась со всеми знаками и жестами. Когда мы переехали жить в общежитие, наши соседи неплохо говорили по-русски. Но со мной говорили только на таджикском. Я случайно узнала, что русский они знают, когда увидела, как они разговаривают с другими русскоязычными соседями. Оказывается, они таким образом решили меня научить своему языку, за что я им сегодня очень благодарна.
У Нади и Саидолима четверо детей. Старшему, Саидалиджону, – 39 лет, Зульфие – 36, Нигинамох – 31 и самому младшему, Орзуджону, – 27.
Саидолим Саидов, муж Надежды Михайловны, говорит, что в 1987 году они переехали жить в родное село Нади-апы, работали вместе со свекром на ферме.
– Я работал трактористом, а Надя дояркой. Но мой отец заболел, и нам пришлось вернуться в Муминабад, – вспоминает Саидолим.
По словам Надежды Михайловны, связь со своими родственниками она потеряла на долгие десять лет из-за гражданской войны.
– Мои сыновья, как и многие молодые таджики, побывали в трудовой миграции в России. Как-то Саидолиму удалось съездить в Свердловск, навестить моих родственников. Тогда я узнала, что мои родители умерли. Несколько лет назад мне самой удалось съездить к своим сестрам. Если честно, они не сразу меня признали, я была в таджикской национальной одежде.
На вопрос о ее увлечении народной вышивкой Надежда Михайловна рассказала, что поначалу, как все таджикские девочки, интересовалась, училась у мастериц, затем сама стала учить других девочек секретам мастерства.
У Нади-апа растут уже семеро внуков, и каждого внука она по таджикской традиции укладывала в колыбель-гахвору, которую дарила каждой своей дочери после рождения ребенка, соблюдая все традиции.
Она вспоминает, как впервые пекла лепешки, как с трудом месила тесто. Сейчас она мастерица печь и лепешки, и кульча. Соседские девочки часто заходят к ней за советом.
– В 2012 году я гостила у своих сестер в Свердловской области, практически ежедневно общалась со своими внуками, которые постоянно спрашивали, когда же я вернусь к ним в Таджикистан. Да и я сама не смогла долго гостить, соскучилась сильно и поняла, что без Таджикистана я уже не могу.

Источник

Поделиться в соц. сетях:
Share

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

14 − 3 =